zenso instagram 30Группа в Фейсбук Красота как Путьzenso video mail 30

+7 916 674-6680

Корзина пуста
Сёфуку-дзи. Первый дзенский монастырь в Японии

Мёан Эйсай

Мёан (Кая) Эйсай (明菴栄西, 1141-1215), или Ёсай, — японский буддийский монах периода Камакура, заслугой которого является распространение дзэн в Японии. Основатель японской школы Риндзай и первых монастырей, где монахи обучались и практиковали дзен. Известен также как популяризатор культуры чая и чаепития в Японии.

Биография

Эйсай Кая родился в 1141 году в селении Мияути (уезд Кая-гун, провинция Биттю) в благородной семье клана Кая. Его отец – Садато Кая – был служителем (синсёку) в синтоистском храме Кибицу-дзиндзия. Его дед, Садамаса Кая, занимал высокую должность (сацума-но-ками) в провинции Сацума.

Эйсай получил хорошее образование. Говорят, что в восьмилетнем возрасте он уже прочёл «Кусярон» (основной свод сутр буддийской школы Хоссо) и «Басярон» (свод комментариев к буддийским сутрам в переводе Суан-цзана).

В 11 лет он стал послушником в буддийском монастыре Аньё-дзи. Его первым буддийским наставником был Дзёсин-осё. Некоторое время Эйсай провёл в Дайсан-дзи в провинции Хоки.

Дайсан-дзи в провинции ХокиДайсан-дзи в провинции Хоки

В тринадцатилетнем возрасте он отправился в главный монастырь школы тэндай - Энряку-дзи - на горе Хиэй. А через год, когда ему было 14 лет, он принял монашеские обеты и вошёл в сангху. В течение нескольких лет он изучал в Энряку-дзи эзотерический буддизм.

Энряку-дзи на горе Хиэй
Монастырь Энряку-дзи
Slider

В 1167 году молодой монах оставил свой монастырь и перебрался на остров Кюсю. В 1168 году при поддержке и покровительстве клана Тайра он отправился в Империю Южная Сун (Китай), чтобы получить новые наставления, пополнить собрания буддийских текстов и восстановить пошатнувшийся престиж школы Тэндай, которая превратилась в инструмент политической борьбы между аристократическими кланами Японии.

За полгода, проведённые в Китае, Эйсай посетил монастырь Ваньнянь-сы на горе Тяньтайшань и другие монастыри школы Тяньтай. Ему удалось приобрести для своих японских покровителей 60 свитков «Тяньтай Чжаншу», которые были позже переданы в Энряку-дзи.

Во время своего краткого пребывания на континенте, он обнаружил там упадок школы Тяньтай и прочих буддийских школ и процветание школы Чань. Эйсай решил, что нужно обязательно изучить и использовать чань для восстановления духа японского буддизма.

После возвращения в Японию он передал монастырю Энряку-дзи привезённые из Китая священные тексты и комментарии к сутрам, а сам отправился в 6-летнее путешествие по Западной Японии. В 1175 году Эйсай повторно прибыл на Кюсю, где в течение 10 лет ждал следующего шанса уехать в Китай. В это время он усиленно изучал основы эзотерики и чань-буддизма.

И вот в 1187 году, в возрасте 47 лет, он снова отправился в Империю Южная Сун (Китай). Первоначально Эйсай планировал посетить буддийские монастыри в Индии. Но этот «великий план» был сорван, потому что правительство Южного Сун в Линьане не одобрило его. На обратном пути он снова посетил Ваньнянь-сы на горе Тяньтай и остался там, чтобы учиться у наставника Чань по имени Сюйань Хуанчан. Этот учитель, как и Дэгуан (учитель Нонина) принадлежал к линии Хуан-лун (школа Золотого Дракона) из школы Линьцзи (яп. Риндзай). Когда Сюйань Хуанчан переселился в храм Цзиндэ-сы на горе Тянтун, Эйсай последовал за ним. После пяти лет обучения он пережил просветление в возрасте 50 лет. Получив от наставника монашеское одеяние и инка («Печать сознания» или Сертификат о просветлении) как знаки передачи традиции школы Линьцзи, в 1191 году Эйсай возвратился в Японию и доставил из Китая множество текстов Чань.

Храм Тяньтун Цзиндэ-сы. Наши дни
Храм Тяньтун. Нинбо
Slider

По возвращении он жил и обучал новому учению дзен в храмах Сенко-дзи (千光寺) и Фуку-эко-дзи (福慧光寺) на острове Кюсю, в храме Хоон-дзи (яп. 報恩寺) в провинции Тикудзэн. Позже Эйсай переселился в Киото, бывшую столицу.

Эйсай продолжал считать себя монахом школы Тэндай и не стремился к созданию новой школы, а скорее, хотел обновить ту часть учения Тэндай, которая называется «созерцанием», дзэн. Он предлагал заимствовать не только учение о «сидячем созерцании», более подробно развитое в Чань, чем в Тяньтай, но и использовать некоторые положения монашеских уставов, разработанных в Китае в храмах Чань.

Но храм Энрякудзи не желал иметь ничего общего с «новой версией» тэндайского буддизма и всячески препятствовал его усилиям. Эйсая стали упрекать за то же, за что и Нонин, — за презрение к учению, к обрядам и др. По преданиям, Эйсай несколько раз встречался с Нонином и спорил с ним, но критиков Дзэн это не убедило.

Непрекращающиеся нападки представителей других школ, особенно монахов тэндай с горы Хиэйдзан, привели к тому, что в 1194 г. был издан императорский указ о запрещении дзэн. [Однако, японский исследователь Тамамура Такэдзи считает, что этот указ был направлен в первую очередь не против Эйсая, а против другого дзэнского направления – «Нихон Дарума-сю» («Японская школа Бодхидхармы»), основателем которой был Нонин, отстаивавший более чистый вариант дзэн и отличавшийся бескомпромисностью.] В этом же году Эйсай под давлением монахов школы Тэндай покинул столицу и перебрался в Камакура.

Там среди бакуфу новое учение дзен имело большой успех. Обычно японские историки при объяснении причин интереса к дзэн со стороны правительства ограничиваются заявлениями о том, что дзэн с его проповедью самодисциплины в повседневной жизни, практикой медитации и отрицательным отношением к буддийской книжной учености максимально соответствовал запросам самурайского сословия. Такое объяснение представляется недостаточным. На раннем этапе дзэн смог успешно прижиться на японской почве не столько потому, что он соответствовал духу военного сословия, сколько благодаря тому, что его первые проповедники нашли могущественных светских покровителей, в силу разного рода причин кровно заинтересованных в процветании этой новой школы.

Сёгунское правительство стремилось использовать новую школу для противодействия влиянию старых школ, прежде всего тэндай и сингон, поскольку их деятельность фактически вышла из-под правительственного контроля, а их монастыри стали представлять собой вооруженные крепости (особенно тэндай).

Так или иначе, но через год запрет императора на распространение дзен был снят, и в этом же 1195 году при поддержке Минамото Ёритомо Эйсай основал в Хаката монастырь Сёфуку-дзи (яп. 聖福寺), который считается первым в Японии монастырём, где монахи обучались Дзэн. Позднее император Го-Тоба даровал храму табличку «Первая дзенская обитель Фусо» (Фусо – дерево восходящего солнца в китайской мифологии).

Сёфуку-дзи в Хаката
Монастырь Сёфуку-дзи в Хаката. Санмон
Slider

В 1200 году при поддержке вдовы Минамото Ёритомо, Ходзё Масако, Эйсай основал в Камакура храм Дзюфуку-дзи (яп. 寿福寺) в память о Ёритомо. Влияние Дзэн начало распространяться и на столицу — в 1202 г. при поддержке второго сёгуна, Минамото Ёрииэ, Эйсай основал в Киото монастырь Кэннин-дзи.

Кэннин-дзи
Храм Кеннин-дзи в Киото
Slider

Большую роль в успешном распространении дзэн сыграла и гибкая политика его первых пропагандистов. В первой половине XIII в. дзэн распространяли преимущественно выходцы из школы тэндай, и их учения носили явно выраженный эклектический характер, причем в дзэн включались многие элементы из практики эзотерических школ тэндай и сингон. Согласно «Зерцалу восточных земель», «Адзума-кагами» (XIII в.), Эйсай и его последователи порой уделяли «таинствам» даже большее внимание, нежели «созерцанию».

В столице было по-прежнему велико влияние школ Тэндай и Сингон, и к храму Кэннин-дзи относились неодобрительно. В 1205 г. причиной сильного урагана объявили то, что монахи этого храма носят заморские (то есть китайские) одежды, неуместные в Японии. По преданию, Эйсай отвечал на это: если кто-то видит связь между одеждой монаха и ураганом, то он тем более почтительно должен склоняться перед монахами Дзэн — раз их облачение имеет столь мощную чудотворную силу.

Трактат о распространении дзэн для защиты государства

Ответам на нападки со стороны школы Тэндай Эйсай посвятил свой «Кодзэн гококу-рон» («Трактат о распространении дзэн для защиты государства», 1198 г.), в котором пытался убедить сёгунское правительство в том, что дзэн — просто более чистый и правильный вариант того самого учения школы Тэндай, которое проповедовал еще Сайтё, и что только дзэн может гарантировать стране мир и процветание. Трактат почти полностью состоял из соответствующим образом подобранных цитат из различных сутр и чаньских сочинений. Краткое изложение своих взглядов и возражений противникам дзэн Эйсай сделал в предисловии к этому сочинению.

Признание и почести

Эйсай всячески стремился продемонстрировать свою благодарность сановитым покровителям, и эта тенденция была характерна почти для всех представителей направления Риндзай.

Благодаря поддержке бакуфу, карьера Эйсая в буддийском сообществе пошла в гору. В 1206 году, после смерти Тёгена (重源, 1121-1206), он занял должность кандзин сёку (монах, отвечающий за сбор пожертвований) одного из самых старых монастырей страны Тодай-дзи. В 1212 и 1213 годах получил от Императорского двора почётные монашеские титулы Хойн и Содзё. Связи Эйсая с политиками вызвали острую критику оппонентов, но способствовали росту популярности дзэн.

Тодай-дзи

Именно гибкая дипломатичная политика самого Эйсая, умело лавировавшего между императорским двором и сёгуном, сыграла важную роль в распространении дзэн в Японии. До Эйсая, в эпоху Хэйан, буддийские монахи Канкэн, Дзякусё, Нитиэй, Тёнэн, Сэйдзин и Какуа не только изучали в Китае дзэн, но даже пытались распространять его в Японии, но безуспешно.

И лишь при Эйсае семена дзен проросли на японской земле и дали впоследствии такие грандиозные всходы. Несомненным достижением Эйсая было то, что ему удалось познакомить новых фактических правителей Японии — сёгунов - с дзэнской практикой и доказать ее право на самостоятельное существование. Именно их интерес к дзэн, их убежденность в его созвучии профессиональным и духовным качествам воина свели самураев и дзэн воедино. Однако даже с учетом дружественного и предпочтительного отношения к дзэн со стороны камакурского бакуфу прошло еще какое-то время, прежде чем дзэн окончательно освободился от специфически тэндайских черт и эзотерических практик школы Сингон, привнесенных в него Эйсаем.

Заслуга в этом принадлежит ученикам Эйсая и Догэну (1200-1253), который также, с 1223 по 1228 год, изучал чань в Китае, а по возвращении в Японию основал «соперничающую» школу дзэн — Сото. Кроме того, в Японию приехало немало чаньских наставников с материка, которые способствовали утверждению самостоятельности дзэн как учения и развитию его собственного неповторимого характера.

Эйсай умер в 1215 году в возрасте 74 лет и похоронен на территории Кэннин-дзи в Киото. Ему был присвоен посмертный титул «Сенко Кокуси» («Наставник государства – Тысяча лучей»).

Эйсай и чай

Эйсаю удалось посеять на японской земле не только семена дзэн, но и семена чая, которые он привез из Китая. В трактате «Кисса ёдзёки» («Записки о питье чая для продления жизни»), написанном им с целью отучить сёгуна Минамото Санэтомо от пьянства, он дает красочное описание достоинств этого напитка, услаждающего сердце, но не вредящего здоровью. «Записки о питье чая» примечательны тем, что соединяют в себе традицию Дзэн, «таинства» Сингон, даосское искусство продления жизни и китайское учение о первоначалах. Первый свиток «Записок» содержит восхваление чая как «снадобья бессмертных для питания жизни». Питие чая приравнивается к даосскому «чудесному искусству продления жизни». Далее рассказывается о правилах сбора и приготовления чая. Во втором свитке описаны свойства чая как лекарства от различных болезней.

Эйсай вошел в историю и благодаря изобретенному им способу приготовления чая: измельченные листья горького зеленого чая засыпаются в кипящую воду и помешиваются специальной бамбуковой палочкой, украшенной перьями, до появления пены. Он полагал, что приготовленный таким образом чай обладает тонизирующим действием и вообще полезен для здоровья.

В дальнейшем усилиями дзэнских монахов культура чая и чаепития получили в Японии необычайно широкое распространение. Чаепитие превратилось в своеобразное церемониальное искусство - «Тя-но-ю» (букв., чайный кипяток), в котором нашли воплощение некоторые эстетические идеалы дзэн-буддизма.

Чайная церемонияСэнгай Гибон. Чайная церемония Сэнгай Гибон. «Чайная церемония»

Например, Тоётоми Хидэёси, предшественник Токугава Иэясу, повсюду искал знатоков чайной церемонии и щедро вознаграждал их. Порой чаепитие превращалось в некий показной ритуал — так, для Хидэёси оно было и способом осуществления политической интриги, и средством утверждения собственного превосходства. Другие же, следуя подлинно дзэнскому началу, считали, что главное — это совершенная (в высшей степени изысканная) простота и «естественность». В современной Японии по-прежнему сохраняются оба достаточно противоположных по своему духу отношения к чайной церемонии: с одной стороны — простое и безыскусное чаепитие дзэнских монастырей, а с другой — его «коммерциализированные» формы, культивируемые для широкой публики.

 
Slider
«Даже немножечко, чайная ложечка,
это уже хорошо!
Ну, а тем более, целый горшок!»
Винни-цзы, династия Пу
Сэссю. Четыре времени года. Весна. 1468-1469
Slider
Slider
Сэссю. Павильон на озере весной.
Slider
Сюбун. Пейзаж (фрагмент)
Slider
Сэссю. Пейзаж
Slider