zenso instagram 30zenso video mail 30

поддержите проект
happiness min

Ду Фу верхом на осле

Ду Фу (杜甫, 712–770) — один из величайших китайских поэтов эпохи Тан. В Китае за ним закрепилось почётное имя «святой поэзии» — шишэн (詩聖). В отличие от более вольного и романтического Ли Бо, Ду Фу воспринимался как поэт строгий, глубокий и очень человечный. Его стихи — о войне, бедности, разлуке, старости, дороге, одиночестве, служении государству, но также о природе и тихих мгновениях повседневной жизни.

В свое время Ду Фу был государственным чиновником, но из-за перемен в стране лишился должности и стал странником. Значительная часть его собственной жизни прошла в скитаниях и нужде. Изображение поэта на осле отсылает к самому тяжелому периоду его жизни.

Для японских монахов системы годзан (Пяти гор) Ду Фу был особенно важен. Средневековые дзэнские монахи занимались не только религиозной практикой: монастыри годзан были одним из главных центров изучения китайской литературы и сочинения стихов на китайском языке — канси (漢詩). Если в эпоху Хэйан главным китайским поэтическим авторитетом для японцев был Бай Цзюйи, то в Средние века среди дзэнских интеллектуалов резко выросло значение Ду Фу, а также Су Ши и Хуан Тинцзяня. В Японии печатались даже специальные издания сочинений Ду Фу.

Ду Фу верхом на ослеКано Масанобу. Ду Фу верхом на осле Сэйсэн. Ду Фу верхом на осле Оригиналы - Кано Танъю. «Ду Фу верхом на осле»
Копии - Кано Масанобу и Сэйсэн
Токийский национальный музей

Отсюда становится понятна и популярность сюжета «Ду Фу верхом на осле» (杜甫騎驢図, «То Хо киро-дзу»). Он возник не просто как условный образ «странствующего поэта». Сам Ду Фу в знаменитом стихотворении «Подношу почтенному левому помощнику Вэю двадцать две рифмы» вспоминал о годах своих неудач:

«Тридцать лет ездил верхом на осле,
Добывая пропитание в столице, вдали от родного дома».

В разных текстовых традициях число лет передаётся по-разному, но главное здесь — сам устойчивый образ: бедный учёный на осле, годами ищущий признания и службы.

Осёл в китайской культуре вообще хорошо подходил для такого героя. Это не конь чиновника или военачальника, а скромное средство передвижения бедного литератора. Поэтому постепенно Ду Фу на осле превратился почти в эмблему поэта-странника: старый учёный в свободной одежде медленно едет среди гор, иногда в сопровождении слуги, иногда совершенно один. Важен здесь не конкретный эпизод биографии, а состояние человека в пути.

Есть ещё один интересный момент. Осёл здесь обозначает не просто бедность. Он противопоставлен лошади чиновника и придворного человека. Всадник на осле — это человек вне официального блеска: поэт, отшельник, учёный, странник. Поэтому для монахов годзан такой образ был особенно привлекательным. Они видели в Ду Фу не только великого мастера китайского стиха, но и фигуру человека, чья духовная и литературная ценность не зависит от общественного положения.

«Ду Фу на осле» как предмет живописи пришёл в Японию вместе с китайской живописной и литературной традицией. Один из ранних образцов монохромной живописи на эту тему хранится в японском музее, но приписывается кисти китайского художника – Му Ци. Му Ци, как и Юйцзянь, принадлежал чаньской традиции, а потому пользовался особым почитанием среди дзенских монахов. На данной работе стоит печать художника, а надпись в верхней части выполнена выдающимся монахом эпохи Южная Сун — Цзяньвэн Цзюйцзином (簡翁居敬).

Ду Фу верхом на осле Приписывается Му Ци. Ду Фу верхом на осле Приписывается Му Ци. Ду Фу верхом на осле Приписывается Му Ци. «Ду Фу верхом на осле»
Музей искусств префектуры Фукуока

Среди ранних японских образцов особого внимания заслуживают два необычных свитка. Надпись на первом, датированная 1575 годом, выполнена кистью Асикага Ёсиаки — последнего сёгуна периода Муромати. Автором картины он назвал своего предка Асикага Ёсимоти (1386–1428), четвёртого сёгуна той же эпохи.

В сопровождающем надпись стихотворении Ёсиаки связывает изображённого персонажа с одним из китайских поэтов, принадлежавших к знаменитой «Восьмёрке бессмертных винной чаши» — группе прославленных литераторов эпохи Тан (618–907), известных своим пристрастием к вину.

Стихотворение гласит:

Утомлённый конь медлит на дороге у горы Хуашань,
Мальчик-слуга поддерживает всадника,
Который, ничего не замечая, сползает с седла.
Выпив меру вина после долгих стихотворных строк,
Он крепко уснул под сосной —
И не спешит пробуждаться.
Ду Фу верхом на осле Асикага Ёсимоти. Ду Фу верхом на осле Асикага Ёсимоти. Ду Фу верхом на осле Асикага Ёсимоти. «Ду Фу верхом на осле»
Музей искусств префектуры Фукуока

Второй свиток, как считается, выполнен легендарным дзенским монахом Иккю Содзюном (一休宗純). И он же сопроводил картину стихотворением, которое можно перевести примерно так:

Река Шу бескрайне широка.
Не имея возможности сесть на чиновничьего коня, я еду на этом скромном осле.
Мне уже семьдесят лет, и я оказался в крайне бедственном положении.
Дни стали коротки, и в этом мире не осталось никого, кроме меня — жалкого скитальца.

Сам факт, что знаменитый дзэнский монах выбрал именно образ Ду Фу, хорошо показывает, насколько естественно китайский поэт вошёл в духовный и литературный мир японского дзэна. Источником вдохновения и образцом для подражания Иккю Содзюну, послужил, очевидно, свиток Му Ци.

Ду Фу верхом на осле Приписывается Иккю Содзюну. Ду Фу верхом на осле Приписывается Иккю Содзюну. Ду Фу верхом на осле Приписывается Иккю Содзюну. «Ду Фу верхом на осле»
Токийский национальный музей

Ещё несколько сохранившихся до нашего времени свитков на тему «Ду Фу верхом на осле» принадлежат Сэссю Тойо, его ученику и его последователям из Школы Ункоку.

«Ду Цзымэй верхом на осле» кисти Сэссю Тойо датируется ориентировочно 1498 годом. В настоящее время он хранится в Художественном музее префектуры Фукуока, там же где и «Ду Фу верхом на осле» кисти Му Ци.

Ду Цзымэй (Ду Фу) Сэссю Тойо. Ду Фу Сэссю Тойо. Ду Фу Сэссю. «Ду Фу»
Музей искусств префектуры Фукуока

Работа ученика Сэссю, – Тосюна, – из коллекции Музея искусств Нэдзу датируется 16 веком. А вот надпись монаха Когэцу Согана на этом свитке была добавлена столетие спустя.

Ду Фу верхом на осле Тосюн. Ду Фу верхом на осле Тосюн. Ду Фу верхом на осле Тосюн. «Ду Фу верхом на осле»
Музей искусств Нэдзу

В Британском музее хранятся два свитка художников Школы Ункоку – Ункоку Тогана и Ункоку Тодзи.

Ду Фу верхом на ослеУнкоку Тоган. Ду Фу верхом на осле Ункоку Тодзи. Китайский поэт Ду Фу верхом на осле Ункоку Тоган. «Китайский поэт Ду Фу верхом на осле» (слева)
Ункоку Тодзи. «Китайский поэт Ду Фу верхом на осле» (справа)
Британский Музей

В период Эдо тема продолжала жить и вне собственно дзенской живописи. Её писали мастера школы Кано; сохранился, например, «Ду Цзымэй верхом на осле» (杜子美騎驢図) Кано Танъю. То есть образ, возникший вокруг танского поэта и особенно полюбившийся дзэнским интеллектуалам Муромати, со временем превратился в один из устойчивых сюжетов японской живописи на китайские литературные темы.

Ду Фу верхом на ослеКано Танъю. Ду Фу верхом на осле Кано Сигэнобу. Ду Фу верхом на осле «Ду Фу верхом на осле»
Кано Танъю | Кано Сигэнобу
Токийский национальный музей | Институт искусств Чикаго

При этом всадник-поэт на осле вовсе не обязательно означает Ду Фу. В китайской живописи этот образ стал частью более широкой литературной и живописной традиции. Особенно часто верхом на осле изображали другого знаменитого танского поэта — Мэн Хаожаня (孟浩然, 689–740). С ним связывался образ поэта, отправившегося среди зимы искать цветущую сливу — воплощение человека, настолько погружённого в поэзию и созерцание природы, что сама дорога становится частью поэтического творчества.

Су Ши верхом на осле | Мэн Хаожань в поисках цветущей сливы среди снеговКано Танъю. Су Ши верхом на осле Сим Са Чжон. Мэн Хаожань в поисках цветущей сливы среди снегов. Национальный музей Кореи Бокудо Содзюн. «Су Ши верхом на осле» (слева)
Сим Са Чжон. «Мэн Хаожань в поисках цветущей сливы среди снегов» (справа)
Музей искусств Метрополитэн | Национальный музей Кореи

Поэтому фигура учёного в китайском платье, едущего на осле среди гор, сама по себе ещё не позволяет назвать его Ду Фу. Так могли изображать Мэн Хаожаня, Ду Фу, Су Ши, Пэнь Ланя, а иногда и просто условного поэта или литератора. Узнаваемость создавалась всей совокупностью деталей — временем года, окружающим пейзажем, сопровождающими фигурами и, особенно, надписью или стихотворным саном. Для японской живописи Муромати это существенно: без надписи изображение одинокого всадника в китайском пейзаже порой невозможно уверенно связать с определённым историческим лицом.

Отшельник верхом на ослеСэссо Тойо. Отшельник верхом на осле Сэссо Тойо. «Отшельник верхом на осле»
Музей префектуры Окаяма

В случае Ду Фу образ осла, однако, имел особенно прочную литературную основу. Он соответствовал сложившемуся представлению о великом поэте как о бедном странствующем учёном, далёком от придворного блеска. Поэтому «Ду Фу верхом на осле» — не портрет в обычном смысле слова, а характерный сюжет кодзи дзимбуцуга (故事人物画): зритель должен был узнать не внешность человека, жившего за много столетий до художника, а созданный литературой образ поэта. В среде годзан такой образ приобретал ещё один смысл. Китайский поэт становился собеседником японского монаха-поэта: изображение давало тему, а написанный над ним китайский стих вступал с ней в диалог.

 
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль
Китайский стиль

Поддержите проект!

Даже немножечко, чайная ложечка -
это уже хорошо!
Ну, а тем более - полный горшок!


Винни-цзы, династия Пу